Дочери

.
.
.

Ты снова пахнешь дивным ароматом.
Он тоньше, чем старинные масла.
Ты ночью, видимо, отправилась куда-то
И запахи оттуда принесла.


Вчера ты пахла белою сиренью,
Которая у бабушки моей
За двадцать лет до твоего рожденья
Росла, пока не ссохлась до корней.


Сегодня терпкие форшлаги эвкалипта
Я слышу явственно за ушками. А там
Мне кажется и веточка прилипла
К твоим пушистым, редким волосам.
.
.
.